Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

(no subject)

Опять над притихшими залами
Гремят записные витии,
Посверкивая голозадыми
Затылками в злой травестии,

Опять, их лоснящейся бестолочью
Закормленная по горло,
Восторгов невнятицу беличью
Толпа исторгает покорно.

Вольно им, стоящим у пропасти,
Дошедшим до самого края,
Цепляться за ветхие прописи,
Зловоние бездны вдыхая.

Вольно им, склонения путающим
И мыслью не обременённым,
Пугая то прошлым, то будущим,
Указывать путь миллионам.

Но сколько ни топай кирзовыми,
Как брови ни хмурь образцово,
Какими ни лязгай засовами,
Живого не вытравишь слова.

Восстанет над всеми пожарищами,
Морщины холопства утюжа
Глаголами и подлежащими,
Первейшими после удушья.

                                         19.08.1991

in memoriam d.a.

* * *

ступай ступай в тринадцатую тьму
в седьмую тридевятую любую
а в этой места - больше никому
коснусь руки – и воздух обниму
все в дырах сердце – не перелицую

здесь поздно быть и розно и в одной
ночной двоякокрылой оболочке
и мертвой тлеть и течь живой водой
и вторить певчим трелью заводной
вычерпывая прошлое по строчке

куда как мал медвежий уголок
плеча и золотистая ключица:
кого сей сладкий войлок уволок
тому в груди отверстой уголек –
не хорохорься – больше не случится

но не для тех восьмая нота лю
и синева цейлонская за нею
кто был шутом и кумом королю
и я на доли ямбами делю
сырую боль и мыслью костенею

ступай ступай там будет невдомек
зачем цезурам пряные приправы
ступай ступай в глазах московский смог
от зимних губ державинский дымок
и не обол а два для переправы...

(no subject)

поручик шеншин не желает в отставку
в деревню, на теплую печь,
пить горькую, глашку щипать или клавку,
ночные глаголы стеречь,

он всё ещё фетом, и анна – на шее
другого, и стелется дым,
и грязь сапоги его месят в траншее,
и сшиты они не толстым,

здесь время как будто немного моложе
и в прятки играет с судьбой,
и в крышках потников московские кожи
чернее печали любой,

здесь смерть на паях весела, как в духане,
и воздух тифозный ничком,
и шепот, и робкое обочь дыханье
корнета в дозоре ночном,

и зрением цвета линялого ситца
последний вбирая пейзаж,
здесь проще понять, и принять, и проститься,
и жирный сломать карандаш...

уроки литературы-2

война мир война там в лазоревых кущах хорошо ли тебе князь андрей
или все так же не спится одетому как на парад
summertime now it's summertime and some summer's day
небу аустерлица мэри поет колыбельную третье столетье подряд
пьер ипохондрик высох как жердь не признал и сам
лев николаевич было да и наташа вылитая одри
особенно когда она входит в зал слышишь их щебет по всем лесам
вот они вот они славка щегол синица смотри смотри...